Совсем не по Марксу - «Уфимская мозаика»: краеведческий портал библиотек Уфы

КРАЕВЕДЧЕСКИЙ ПОРТАЛ

ГЛАВНАЯ
РУБРИКИ

Сегодняшние обитатели дома (как и почти все на исторической улице) сторонятся журналистов, над местом навис дух опасности - сноса… Как и на других домах, видны бумажки с телефонами риэлторов. Впрочем, жители дома-памятника считают, что право собственности их защитит.
Почему лесопромышленник, владелец пароходов Эммануил Хасабов купил себе такой небольшой дом? Дело в том, что основным местом его пребывания и «производственной площадкой» была Бурна - имение на берегу Уфимки, в доме чаще жили только его жена Надежда Николаевна и тот самый Иван Садовников, из чьих воспоминаний мы знаем многое не только о Хасабовых, но и о жизни всей Уфы рубежа веков. Вот как Иван описывает попадание в новую семью:
«Однажды мне сказали, что в нашей комнате сидит какая-то хорошо одетая дама и разговаривает с мамой. И вдруг к ним позвали меня. Дама оглядела меня, позвала к себе и спросила: «Хочешь жить со мной, у нас? У нас хорошо, а домой мы тебя будем отвозить к маме, когда хочешь».
Я ничего не ответил и во все глаза разглядывал на таком близком расстоянии тетю, одетую во все новое. Потом я узнал, что она приехала именно к нам по рекомендации председательницы дамского благотворительного общества - Софьи Николаевны Блохиной - ее хорошей знакомой, для того, чтобы взять к себе какого-нибудь мальчика на воспитание или чтобы усыновить его. Относительно усыновления - мама категорически отказала, а насчет воспитания сказала, что «если ему у вас будет хорошо, то я согласна, только с условием, что я могу взять сына в любую минуту, если он не захочет у вас жить».
***
Ивану действительно никто не мешал общаться с родной семьей - он часто навещал мать, братьев и сестер; и его взгляды на жизнь формировались в первую очередь там. И «дядя» с «тетей» не особенно стремились его перевоспитать. («Оба они стремились внести в меня чувство собственности и стремление к бережливости и наживе. Однако все это противоречило всей моей природе», - заметит он позже).
На момент взятия Ивана в семью супруги Хасабовы проживали в доме отца «тети» Николая Эдуардовича Эверсмана, который располагался на углу Аксаковской и Успенской (т.е. Коммунистической). Впоследствии Николай Эверсман завещал всю свою огромную усадьбу под постройку нового здания для Реального училища. И именно «дедушка» уделил пятилетнему мальчику больше всего внимания и душевной теплоты: играл с ним, научил ухаживать за птицами, а потом - и мастерить для них клетки.
«Дедушка, Николай Эдуардович, как я значительно позже узнал, окончил два факультета: юридический и медицинский. Медицинский окончил в Гейдельбергском университете. Доброты он был необыкновенной. Я позже узнал, что он дал волю своим крепостным задолго до 1861 года, но ни один крестьянин от него не ушел. Я к дедушке сразу привязался, можно сказать - не отходил от него…
Однажды, это было зимой, я был крайне удивлен, увидев в его комнате своего старшего брата Сашу. Саша сидел на стуле за столом и что-то старательно писал. Позже я узнал, что дедушка, узнав о тяжелом положении нашей семьи, попросил маму отпускать к нему Сашу на час-два для того, чтобы переписывать для него какие-то бумаги, очень важные. За переписку этих бумаг дедушка платил Саше 15 рублей в месяц. Позднее я узнал, что ничего дедушке переписывать не надо было, а он только придумал предлог помочь нашей семье, существовавшей в «бесплатной квартире» на 5 рублей в месяц».
Отношения с «дядей» и «тетей» были не столь близкими, поэтому в новом доме - после смерти «дедушки» - Иван чувствовал себя довольно одиноко:
«Я был предоставлен почти целиком и полностью самому себе: «дядя» - Эммануил Николаевич - бывал в доме нечасто. Надежда Николаевна занималась со мной тоже мало. Как всегда, вставала около 10 часов, читала романы, большей частью французские, довольно часто раскладывала пасьянсы, время от времени уезжала на плетенке с Поликарпом куда-нибудь».
Тем не менее «тетя» купила Ивану инструмент его мечты - фортепиано: хоть ее отец и оставил ему по завещанию 3 000 рублей, трогать их до совершеннолетия было нельзя - так что она выложила нужную сумму из кармана Хасабовых.
«Что касается «дяди», Эммануила Николаевича, то он относился ко мне, в редкие встречи с ним, все лучше и лучше. Человек он был простой, часто очень добрый и с самого раннего утра до поздней ночи занятый бесконечными своими делами.
Я помню, как [на Бурне] однажды он вернулся на лошади из деревни и, не раздеваясь, чуть не бегом, направился в кухню. «Семен!» – закричал он – «Скорее запрягай лошадей!» Лошадь быстро была запряжена, а «дядя» тем временем собирал чай, сахар, какой-то материал. Сложил все это в экипаж и велел Семену подъехать к лучшему амбару. «Насыпай муки!» - обратился он к Семену - «Вот в эти мешки». Всё было сделано. Он сам сел на воз и повез все продукты в деревню. Оказывается, в деревне он увидел одного татарина в крайней нищете, вся его семья голодала и жила в полуразвалившейся хибаре, прикрывалась лохмотьями. Вот этой семье «дядя» и вез поклажу. Дал им и денег.
Вот такая черта дядиного характера влекла меня к нему, однако стремление к наживе любыми способами - отталкивала от него; к сожалению, это стремление целиком поддерживалось Надеждой Николаевной, но разница была в том, что доброты, а главное - знания людей в ней не было совершенно».
***
В одной газетной статье не уместить все из этого богатого событиями детства (зато можно оценить, насколько более самостоятельными были дети до-автомобильной и до-гаджетной эпохи). Это «война» между «спасскими» и «успенскими» мальчишками, встреча дома у мамы с недовольными рабочими, собиравшимися на маевку; дружба с ребятами из уважаемой в городе семьи Базилевых и «перенятие хороших манер»; карьерное продвижение старшего брата Саши, который, не имея высшего образования, стал старшим секретарем Окружного суда. Естественно, много ярких впечатлений подарила мальчику и жизнь в имении Хасабовых, где он не раз наблюдал, как «сажали на воду «беляну» (огромное, в 80 метров длиной деревянное широкое судно - из-под него одну за другой выбивали деревянные подпорки, и оно «садилось» на лед). Такие суда использовались, потому что на Уфимке и Белой нередко было мелководье – перевозка хлеба и леса была делом рискованным, и после одной или нескольких навигаций «беляны» разбирали обратно на материалы.
Важным периодом в жизни мальчика было поступление в Реальное училище, а затем завоевание авторитета среди соучеников. Описываются и конфликты между «тухлой яичницей с луком» (за зеленого цвета пальто с желтыми кантами) и «синей говядиной» - т.е. между гимназистами и «реалистами»: Садовников с четырьмя товарищами даже должен был «проучить» драчунов-гимназистов.
Впоследствии Иван, чьи воспоминания охватывают и советское время, женился на подружке детских игр - Анюте Базилевой - и стал врачом.
Эммануил Хасабов был убит красноармейцами в своем имении в сентябре 2018 года.
Как много событий произошло внутри и вокруг этого неприметного сегодня дома…
Екатерина Климович.
Фото автора.


Библиография:


Климович Е. Совсем не по Марксу / Е. Климович. - Текст : электронный // Уфимские ведомости. - 2020. - 6 февр. – URL: http://vedomosti102.ru/chetverg/3761-sovsem-ne-po-marksu.html(дата обращения: 23.05.2020).


ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ

Английские путешественники ХlХ века об Уфе

Металлург Джеймс Ридли (1844-1914) принимал участие в поездке по Уралу и по её итогам выпустил книгу «Записки о поездке в Россию. Урал и Зауралье в 1897 г.». Вспоминая пребывание в Уфе, он отмечает летнюю жару, почти 29°, и городскую пыль. Но больше его впечатлил Уфимский губернский музей: «Нас очень удивило наличие в столь отдаленном и практически неизвестном на Западе месте такого замечательного заведения с разнообразной и очень интересной экспозицией, включающей даже огромные кости мамонта». 

Отметил английский путешественник и «изумительное деревянное сооружение» - Видинеевский театр (находился до 1991 года в саду им. С.Аксакова).

И еще он отметил высокий уровень образования и культуры местного населения: «Размеры культурных заведений в Уфе, образовательный уровень большинства жителей, архитектура домов и зданий, гостеприимство городских властей и всё прочее заставили нас полностью пересмотреть наши прежние предвзятые представления о Восточной России, хотя раньше мы думали, что Уфа находится где-то в полудикой местности. Большинство относительно крупных городов имеет большой потенциал, они активно растут и благоустраиваются, открывая большие перспективы для этой малоизвестной нам части Европы».

Источник: Шушпанов, А. Уфа глазами иностранцев: Гостей удивляли прекрасные виды, жара, пыль и высокая культура / Алексей Шушпанов. – Текст: непосредственный // Аргументы и факты: Башкортостан. – 2020. - № 44. – С.16.

Шаляпин в Уфе

В сентябре 1890 года Ф. И. Шаляпин переехал в Уфу и начал работать в хоре оперной труппы С. Я. Семенова-Самарского. Здесь 18 декабря 1890 года Шаляпин успешно дебютировал в партии Стольника («Галька» С. Монюшко), участвовал в благотворительном  спектакле в пользу уфимских детских приютов. В Уфе он впервые исполнил партии Феррандо («Трубадур» Дж. Верди), Неизвестного («Аскольдова могила» А. Н. Верстовского), выступил в опреттах К. Миллекера и как драматический актер в роли Держиморды («Ревизор» Н.В. Гоголя). По окончанию театрального сезона служил писцом в Уфимской губернской земской управе, пел в хоре Ильинской церкви. Уфимский период  (1890-1891), описанный самим Шаляпиным в автобиографической повести  «Страницы из моей жизни» положил начало артистической деятельности певца. В Уфе, на здании бывшего Дворянского собрания (ныне Уфимская государственная академия искусств), где выступал Шаляпин, установлена мемориальная доска (1967). С 1991 в Башкирском государственном театре оперы и балета проводятся фестивали оперного искусства «Шаляпинские вечера». Фондом культуры РБ проводятся культурно-просветительские мероприятия, в том числе Шаляпинские дни (с 18 декабря по 13 февраля), в 1993 году учреждены премия и стипендия имени Ф. Шаляпина.

 

« Ноябрь 2020 »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
      

УФА В КНИГАХ